Дверь жалобно визгнула, когда в неё кинули свежей, горячей шавермой.
— Да пошёл ты, Гром! — Гневно крикнула Юля, отряхнув пальцы от соуса, который немного вытек от слишком крепкой хватки этого снаряда, развернулась и, скоро цокая каблуками модных сапог, поспешила вниз.
— Ну шаву-то за что?! — Майор с хмурым сожалением посмотрел на упакованный сверток, сползший на пол.
Серёжа быстро свернул конференцию в Зуме и торопливо, уже по традиции запнувшись о диван, вышел в гостиную. Он как раз застал Игоря за тем, как тот с видом следователя на месте преступления, сидит на корточках рядом с убитой порцией шавермы. Гром поднял её, проверил упаковку, развернул и откусил, кивнув сам себе, мол, норм.
— Игорь?.. — Разумовский осторожно приблизился. — Всё в порядке?
— Мгм, — Игорь обернулся к нему, прожевывая. При этом выглядел он мрачно. Проглотив внушительный кусок, Гром сказал уже внятно: — сам как?
— Да у меня дейлик, там релиз пора выкатывать, вот грумим потихоньку… погоди! — он тряхнул головой, опомнившись. — Что случилось?
— Да меня у главка встретила какая-то журналистка, ну задала пару вопросов по делу, которое закрыли недавно. Я ответил.
— И Юля об этом узнала?
— Ну а чё такого-то?
— Игорь, — Разумовский вздохнул. — Ты дал эксклюзивное интервью другому журналисту.
— Да ниче я не давал! — вспылил майор, продолжая злобно уплетать шаверму. — Подумаешь два слова сказал! Пока до дома дошли, выяснили, что я с ней, ну с журналисткой, сплю!
— А ты не…
— Ты дурак совсем, что ли?
— Понял-понял! — Сергей примирительно поднял руки. — Так. Тебе нужно дать Юле эксклюзивное интервью. Подкаст записать… Или даже трансляцию!
— Ага, или документальный фильм снять!
— Игорь.
— Да ладно, понятно всё. Остынет — напишу.
Конец эпизода
