Огромный зеленый лес, раскинувшийся на несколько километров холмистой местности и занимающий необъятную глазом территорию, всегда был таким. Он был густым, ярким, живым, из него всегда доносились звуки его обитателей - животных, птиц, даже деревьев - казалось, что весь лес дышит и шумит. Кроны деревьев слегка покачивались, листья и ветки терлись друг о друга, цеплялись, шептались между собой.
Лес был похож на многовековую историю, которую рассказывают из поколения в поколение, становясь все больше и больше, гуще, сильнее, страшнее. Ведь чем богаче история, тем опаснее - сложно найти ложь или выдумку, которая исказит вековую правду и перекроет ее своим липким обманом.
Он стоял тут веками и простоит еще столько же, в нем водится неисчислимое количество существ, подчиняющихся беспощадным законам пищевой цепи множество лет - ни одна душа не нарушит этот бесконечный цикл жизни и смерти. Лес выглядит мрачным, страшным, густые кроны почти перекрывают небо, отчего сгущающаяся темнота всегда кажется более зловещей; в нем водятся хищники, способные разорвать плоть в пару укусов и издать душераздирающий вой после плотного обеда более слабыми существами. Даже растительность может представлять собой ловушку - грибы и ягоды, как ядовитые, так и нет, густые корни деревьев, что разрыхляют почву и заставляют ее проседать - неосторожный шаг принесет новые питательные вещества лесу, где окажется заживо похоронен несчастный; нечего уж говорить и болотах, которые трудно увидеть в полумраке крон даже днем - безжалостно затянет на самое дно задохнувшийся в грязной жиже труп любого, кто оступится.
Однако не стоит думать, что лес это нечто плохое - как и все живое, он имеет и положительные черты: редкие цветы, травы, необычные светящиеся грибы, большое разнообразие того, что может увидеть только знающий как выжить. И нет, речь не о людях, которые поджимают свой рудимент, когда слышат вой волков - эти жалкие трусихи не способны пройти дальше чащи, не испугавшись тишины и сумерек внутри. Только сильные, приспособленные существа могут благодаря природным талантам обходить опасности леса и добиваться желаемого.
Лес не жесток, ни в коем случае. Он обычен. А те, кто обвиняет его в жестокости - непроходимые глупцы, считающие мир безопасным облаком.
У леса есть Душа. Его хозяин - главный рычаг - тот, кто чувствует огромную площадь под собой и знает, как ей управлять. Без него лес не был бы собой - они одно общее существо, которое дышит каждым листиком, питается всеми корнями и зубами существ; один слаженный организм, работающий уже очень-очень долго. Он – это лес, а лес – это он, вот и все. Только люди усложняют задачу, придумывая ему новые названия вроде духа, призрака или демона. Однако это не так: все гораздо проще, чем может представить человеческий мозг.
Люди, как и всегда, боятся этого “хозяина”. Или леса. А может и сразу обоих, ведь они не понимают этого единства, когда все, что имеешь, расстилается на много километров, состоит из каждой ветки, колышущейся на ветру; каждого клочка земли, по которой бегают животные и где растут грибы со своим мицелием; все глаза и уши, мощные лапы и толстые клювы, любая жизнь и любая смерть внутри леса - это одно целое.
Человеческий род редко ходит внутрь - боится умереть или не вернуться. Душа это понимает и не лезет к людям, позволяя им собрать немного грибов и ягод на опушке, или убить случайно улетевшую наружу птицу или выбежавшего кролика. Душа предпочитает симбиоз с людьми.
Но иногда среди людей есть охотники - те, кто входит, думая, что сможет обыграть многовековую душу. Охотники редко входят и еще реже выходят целыми и невредимыми. Душа не терпит слабых внутри себя, некоторых она затягивает внутрь, уводя глупцов тропами к берлогам или болотам, может повалить дерево или накормить уставшие рты волчьей ягодой. В этом нет вины леса - люди должны быть сильнее, ведь поблажек никто никогда не даст.
Природа будет жить только по законам природы.
Спустя долгое время сосуществования леса и людей к опушке пришел человек. Душа всегда видит каждый уголок леса, так что ей не составило труда посмотреть на очередного человеческого отпрыска.
Пока еще не высокий, как предыдущие охотники. Упрямо сжатые губы, старое ружье, перекинутое через плечо, черные и густые, как мох, брови, сдвинутые к переносице. Душа дунула, и из леса потянул слабый ветерок, приподнимающий передние пряди, под которыми оказались ярко-голубые глаза. Они всматривались в полумрак, хотя солнце стояло высоко в небе, и разглядывали передние молодые деревья. Напряженные, задумчивые - такие часто бывали у охотников, которые больше не вернулись и остались служить кормом земле.
Лесу понравились глаза молодого человека - они были как небо, на которое душа любила смотреть - яркие, с насыщенной синевой свободы и ясного дня над головой. Душа встрепенулась - хотелось посмотреть на эти голубые радужки ближе - пожалуйста, пусть этот глупец окажется чуточку живучее, чтобы душа могла подольше посмотреть на эти глаза, прежде чем они покроются тусклой мертвой пленкой и навсегда закроются. Может, стоит провести его вглубь себя, чтобы получше рассмотреть перед смертью? Интересно, а если вырвать глаза, они останутся такими же яркими?
Пока Душа думала над этим, человек с голубыми глазами медленно двинулся вперед, сжимая ружье крепче. “Выглядит решительно”, - подумал лес. Паренек подошел к самой границе деревьев и глубоко выдохнул, продолжая напряженно смотреть в лёгкий полумрак. Он взял оружие наперевес и сделал свой первый шаг внутрь. Теперь он во власти леса.
В небе ярко светило солнце, еле пробивающееся сквозь высокие деревья. Паренек аккуратно и медленно прошёл по тропинке сквозь недолгую опушку, после чего деревья начали сгущаться, сужая его кругозор. Душа метнулась от одного дерева к другому, поднимая лёгкий ветерок. Она не трогала людей, пока они сами не зайдут внутрь, а дальше… зависит от человека, ведь он будет жить по правилам природы.
Голубоглазый и черноволосый человек был слишком молод для того, чтобы распрощаться с жизнью. Странно, что он пошел в такое опасное место.
Тем временем, парень прошёл опушку и двинулся дальше. Он обошел пару поваленных деревьев и нашел узкую тропу, протоптанную его предшественниками. Которые так и не вернулись обратно. Душа с любопытством замерла на суку рядом, смотря на него: двинешься дальше по тропе - умрешь в медвежьей берлоге.
Парниша тем временем пошел прямо по тропинке. Он недолго двигался вперёд, прислушиваясь к каждому звуку и шороху и держа ружьё наготове. Душа со смешком подумала, что это не поможет человеческому дитю.
Спустя пару минут юный охотник свернул в другую сторону, аккуратно ступая перед собой и стараясь бесшумно двигаться по траве. Он слишком тщательно обходил все торчащие корни, иногда наклонялся к земле, что-то трогал и шёл дальше. Лес не мог сдержать любопытства, что же делает этот человек? Душа чувствовала, что они идут по направлению к зайцам, которые днем отдыхали.
Парень обошёл большой дуб, чьи корни раскинулись на пару метров, не задев ни один. Тихо, как волк, он приближался к заячьей лежке, внимательно вглядываясь в землю под кустами и деревьями. Азарт заплясал внутри Души - она такого не видела. Кто этот человек? Он не похож на тех, кто живет в поселении недалеко отсюда.
Прошла ещё пара минут тихой ходьбы, когда парень остановился. Он поднял заряженное ружьё и прицелился. Душа метнулась к тому месту, куда был направлен ствол - там отдыхал большой русак. Подул лёгкий ветерок, но голубоглазый не шелохнулся. Лес почувствовал, как тот задержал дыхание, и тут же раздался громкий выстрел, после которого шумно взлетели напуганные птицы. Душа услышала, как под ней раздался хруст - сломался череп животного от влетевшей пули - голова зайца стала месивом с вытекающей кровью и мозговой жижей.
Лес замер. Люди не раз подстреливали зайцев или куропаток - охотились в основном на этих животных - но впервые Душа почувствовала некоторое.. Благоговение? Человек с глазами неба самостоятельно нашел зайца и убил точным выстрелом в голову. Лесу понравилось, и он зашумел.
Парень поторопился к своей добыче и собирался быстрее покинуть место - громкий звук мог привлечь других обитателей, с которыми явно так просто не справиться. Он поднял тушу и посмотрел наверх, откуда недавно разлетелись птицы.
Ещё? Ещё?
Душа сидела на том же месте и снизу вверх смотрела на замершего рядом человека. Вблизи его глаза были очень яркими на фоне тёмных волос. Его крепкие руки сжимали орудие убийства, которое он снова вскинул. Высокое, сильное тело, умеющее охотиться и убивать, вкупе с гибким мышлением и легкой хитростью, позволяющей убить лежачего, поразило Лес.
Душа не удержалась и хихикнула. Ей понравился этот человек - в природе выживают умные и сильные.
Тем временем охотник прищурился и выстрелил ещё два раза. Душа также подняла голову и увидела двух падающих птиц. Видимо, довольный результатом, парень поспешил подобрать неожиданную добычу и быстро оглянулся, осматривая местность. Лес снова зашумел, а из-за кустов послышались тихие шаги. Душа обернулась рысью и поспешила к человеку.
Посмотрим на твою решительность, юный охотник.
Как только из-за кустов показались кисточки ушей, парень бросился наутек, крепко сжимая зайца и птиц. В его глазах открыто мелькнул страх и легкая паника, а в следующий момент засверкали пятки. Душа бросилась следом, в несколько секунд практически догоняя парнишу.
Рыси обычно не нападают на людей: эти животные сторонятся их; однако в моменте паники у голубоглазки не возникло никаких мыслей - он просто бросился наутек от хищника. Душа мысленно посмеялась и продолжила погоню, не отставая ни на шаг.
Беги, беги, юный охотник, я хочу увидеть все, что ты можешь мне показать. Душа глухо засмеялась, от чего по лесу пронесся хриплый шепоток. Не оборачивайся, юный охотник. Если обернешься, я увижу твои небесные глаза и не смогу убить - так что лучше беги вперёд и не оборачивайся, прошу.
Хищник буквально дышал в затылок: парень чувствовал абсолютный страх и готовился к нападению со спины - однако этого почему-то не происходило. Казалось, рысь игралась с ним, давая немного убежать и тут же догоняя, как будто он мышка, за страхом которой забавно наблюдать; не жизнь, а игрушка. Это начинало раздражать парня.
Он обогнул тот же дуб, на ходу доставая нож, и, дождавшись, пока рысь прыгнет следом, резко вытянул руку, замахиваясь орудием. Душа в удивлении раскрыла глаза, когда почувствовала острый предмет в груди. Она никогда толком не знала, что такое боль, но сейчас это чувство пронзило её полностью вместе с лесом. В грудной клетке застрял нож. Он прошёл через шерсть и мясо, остановился между рёбрами, отчего у Души возникло ощущение, будто ее разорвали пополам.
Это было ужасно. Рысь глухо захрипела от боли, а вместе с ней зашумел и лес, подул сильный ветер, поднимающий листья и уносящий крик. Больно, очень больно. Душа поспешила обернуться обратно бестелесной оболочкой, чтобы не чувствовать эту разрывающую боль. Чудовище-рысь еле слышно взвыло и тут же растворилось, оставив лишь окровавленную траву под собой.
Охотник тем временем со скоростью зайца добежал до опушки, практически выходя из леса. Адреналин хлестал в его крови, а ноги, казалось, онемели; он намертво сжимал свою добычу, в открытую говоря лесу, что это его, заслуженное.
Парень обернулся в полумрак, стоя среди редких деревьев. Ему показалось, или он слышал голос? Чуть хриплый, но определенно юный. Он что-то говорил… Охотник замер, вглядываясь в лес. По его спине пробежали холодные мурашки - в глубине, казалось, стояла фигура, приближённо похожая на человеческую. Она безмолвно смотрела на него, не отрывая взгляда. В её груди торчал нож, который, казалось, не причинял существу дискомфорта.
Человек отступил на пару шагов, ощущая ужас, протекший по венам. Фигура, тем временем, лишь наклонила голову, будто заинтересованно. Её тёмно-зелёное тело и короткие волосы немного отличались от цвета самого леса, было еле видно на фоне кустов и деревьев.
Приходи ещё, юный охотник, мне понравилось с тобой играть.
Фигура исчезла так же незаметно, как и появилась, а вместе с ней подул лёгкий ветерок, наполненный запахом окровавленной травы и лёгким холодом. Человек почувствовал, как по коже поползли мурашки от жуткого ощущения на границе сознания. Он громко сглотнул и, в последний раз посмотрев в глубь леса, устало зашагал с добычей домой.
Позже Душа еще не раз видела этого юного охотника. Она также услышала, как его зовут. Этот на удивление маленький, но сильный человек носил имя Мик. Лес этого не знал, но семья Мика была кочевниками, которые недавно присоединились к деревне, чьи жители были вынуждены пропадать в лабиринте деревьев. Его возвращение, да еще и с добычей, жители восприняли как благословение свыше - и не использовать это было бы глупо.
Впоследствии Мик совершил еще множество походов в лес. Каждый раз он возвращался с добычей. И каждый раз убивал Душу в животном обличии. Прошло пару лет, за которые нож вошел в тела бесчисленного количества хищников и диких животных: рысей, волков, кабанов, различных змей, лисиц. На Мика падали деревья, корни обвивались вокруг ног, тропы уводили в гиблые места - для Души это была своеобразная игра, она не знала и не понимала ценности жизни для человека. Ей нравилось играть с Миком. Взамен на игру Душа нередко незаметно показывала ему свои интимные места: поляны с огромным количеством ягод, грибные места, норы мелких животных, гнезда птиц, редкие растения - множество того, чего не видел ещё никто из людей.
Душа подчинялась чужой силе, мышлению и ножу. Давала взамен то, что долгое время хранилось у неё внутри. Она смотрела в небесные глаза и смиренно принимала смерть в обличии животных, не в силах противостоять зрелищу перед собой.
Не оборачивайся, когда убегаешь. Прошу тебя, не оборачивайся, я не смогу убить тебя, если обернешься. Будь трусом, прими мои когти спиной и умри.
Не умирай, прошу, я хочу смотреть в твои небесные глаза.
Лучше бы ты не приходил. Или был бы жалким слабаком.
Но так хорошо, что ты зашел в меня. Мне нравится твое превосходство. Убивай меня чаще своими глазами, пожалуйста.
Душа не знала тонкостей человеческого разума. Она не могла понять, какое влияние оказывала на молодого Мика, который каждый поход в лес видел темный силуэт, что преследовал его, поднимал ветер, а потом натравлял животных. Всё было подобно безумной игре, правила которой знал только один человек. Это выматывало, усложняло жизнь, все время хотелось поймать этот жуткий силуэт, который, казалось, был в лесу везде, и, наконец, спросить: за что это все ему? Мик хотел жить, поэтому он отчаянно сопротивлялся, убивал животное за животным, убегал от хищников, слыша тихий хриплый смех позади - такой жуткий, но уже такой привычный. Неведомое существо жило по своим правилам, следуя которым Мик получал право на выживание.
Он запинался о корни, проваливался в норы, блуждал среди вековых деревьев, что с каждым разом все сильнее манили его; соблазняли, шептали в уши какую то нечеловеческую чушь. Смертельная игра и догонялки, в которой никогда не было победителя - все это снилось даже ночью. Лес, казалось, дурманил его своим видом, запахом, прохладой и даже тьмой, а неуловимый силуэт делал образ в сознании только ярче, тревожнее, болезненнее.
У Мика появилась жена и ребенок. Он надеялся, что создание семьи улучшит его состояние, ему есть куда вернуться, есть о ком заботиться. Он должен просто добывать пищу и приносить домой. Ничего более, никаких фантазий, никаких силуэтов. Ничего не должно мешать привычному укладу.
Знаменитый охотник даже после создания семьи еще несколько лет ходил в злосчастный лес. Лучше него никто не знал ту местность, в которой пропадали многие. Более того, он никого никогда не брал с собой, прекрасно понимая, чем это кончится - лес не пощадит. Слабый человек умрет, сильный выживет. Таков закон леса и того существа, что в нем обитает.
Мик не знал, почему он понравился силуэту. Мужчина иногда находил тихую полянку для отдыха, куда заваливался после ожесточенной игры. Он мог часами лежать на траве и слушать тихое пение птиц, чувствовать мягкую траву под тяжелым уставшим телом, ощущать легкий ветерок в волосах, как будто чья-то рука легко перебирает его пряди и дует на мокрый лоб. В такие моменты лес казался безопасным, тихим, спокойным… Так хорошо и одновременно жутко. Однако слабое солнце сквозь листву и тихий шепот из чащи успокаивали Мика. Никуда не хотелось уходить из места, где всё было наполнено такими, хоть и противоречивыми, но уже въевшимися в подкорку мозга чувствами.
Это страшно. Тревожно. Это ненормально. Но уже так привычно.
Мик пришёл к лесу ранним вечером, когда солнце только начинало садиться. Он принес зажженную керосиновую лампу и только один нож. Как и несколько лет назад, он встал перед опушкой и вгляделся в глубь леса, где уже были густые сумерки.
Потянул знакомый лёгкий ветерок, который коснулся щеки мужчины, как бы зазывая к себе. Мик нахмурился, но не стал тянуть - пошел вперёд. Маленький огонек колыхался внутри лампы, что с каждым шагом слегка покачивалась. Душа не знала, что это - люди не ходили к ней ночью и не освещали себе путь - наоборот, огонек показался ей похожим на звезды. Они так же светили и сверкали, только далеко в небе, на которое любил смотреть лес.
Душа сочла это интересным - человек с небесными глазами принёс ей маленькую звездочку.
В лесу стояла глубокая тишина, лишь тихо шуршали листья и слабый ветер тревожил ветви. Мик шёл практически без оружия, да еще и со “звёздочкой” - Душа не хотела трогать его. Она просто смотрела, как этот сильный человек идет куда-то в глубь леса, покачивая лампой. Его шаги отчётливо звучали в тихих сумерках, ни одно животное или птица не проронили ни звука. Казалось, весь лес смотрит только на храброго человека, что хмуро шагает вперёд.
В последнее время стоял сильный ветер, так что лес был усеян упавшими сухими ветками, а кое-где валялись даже старые вековые деревья, разлагающиеся в труху. Закатное солнце мало освещало пространство между деревьями, так что единственным источником света и правда была только керосиновая лампа.
Мик остановился недалеко от поляны, где он часто отдыхал. Душа с интересом замерла рядом, смотря на человека. Мужчина нутром чувствовал, как тот загадочный силуэт стоит прямо за ним. Ему хотелось обернуться и наконец увидеть своего мучителя и спасителя - как бы там ни было, но добыча из леса была сытной и крупной, она помогала пережить голод, а шкура шла на одежду, согревающую в сезоны не только его, но всю его семью…
Мужчина тяжело вздохнул и опустился на траву с лампой. Он сгреб часть сухих веток, образуя небольшую заготовку под кострище, аккуратно сложил ветки и раскидал их вокруг, вплоть до деревьев. Все это время он чувствовал лёгкий ветерок, краем глаза улавливал движение - неизвестное существо явно не понимало, что происходит, отчего ей было слишком интересно происходящее.
Через полчаса Мик поднялся и отряхнул ладони. Душа все это время суетилась рядом, подглядывая за своим человеком. От колыханий мягко развевался огонек в лампе, что завораживало лес. Это было так красиво и пленительно, что Душа совсем забылась… Мужчина замахнулся лампой и с силой кинул её на землю. Послышался треск стекла и лёгкое шуршание длиной в пару секунд.
В следующий момент Душа взвыла от боли. Маленькое кострище мгновенно вспыхнуло, задевая траву и землю. Огонь быстро распространился по веткам, разбросанным Миком до ближайших деревьев. Загорелись корни, а вместе с ними по лесу разнесся вой. Поднялся ветер, который лишь помог огню ползти дальше по зелени леса.
Душа обернулась и обнаружила, что Мика уже нет на месте. Она взглянула на ветки и остатки лампы на земле. Лес шумно загудел, а Душа глухо зарычала от обиды. Она ринулась следом, ощущая колючую боль во всем теле, что постепенно нарастала, отчего становилось только хуже.
Загорелись первые кроны деревьев, трава полыхнула. Весь лес зашумел, загудел, начинали выть животные, ощутившие запах гари и столкнувшиеся с новым опасным явлением - огнём.
Душа бежала следом за Миком, что мчался по знакомым тропам, изученным за несколько лет тесного контакта. Пожалуй, никто не знал лес лучше него, чтобы сейчас выбраться из опасной ситуации. Пугал не только огонь, но и неизвестное чудовище, что с болезненным ревом мчалось позади.
Душа горела. Ей было слишком больно, обидно, все тело будто раздирали маленькие красные муравьи, драли волки своими клыками, рвали лоси мощным рогами. Подобие тела Души краснело, светлело по мере того, как распространялся огонь по лесу. Это было ужасное ощущение, в буквальном смысле сжигающее изнутри.
Сгорающая быстро догнала убегающего человека. В конце концов она была не в облике животного, могла мчаться со скоростью ветра, лишь сильнее разнося огонь по собственному телу. Прозвучал резкий свист воздуха и сдавленный крик, и Душа врезалась в спину мужчины. Они сцепились и покатились по траве, как борющиеся животные в схватке за территорию и пищу. Мик чувствовал как горят ладони и грудь - то, чего касалось это стонущее от боли чудовище, что горело заживо. Оно нависло над ним и сжало шею, отчего мужчина закашлялся. Горящая Душа краснела в буквальном смысле: её ладони и ноги до колен были охвачены раскалённой листвой, что намертво, казалось, прилипла, образуя подобие кожи.
Мужчина видел закатное небо и горящие деревья. Он попытался скинуть чужие “руки” и поднял взгляд, впервые смотря на Лес, как он прозвал это ужасное существо. Над ним нависло “лицо”, чьи очертания обычно было очень сложно разглядеть, но сейчас, подсвеченное пламенем и искаженное болью…Мик увидел андрогинные черты и короткие волосы, отливающие зеленым свечением. Но больше всех отличались глаза - яркие, как изумруды, они сияли посреди пожара, полные боли и ненависти.
Когда их взгляды пересеклись, Душа вздрогнула. Мужчине показалось, что он увидел растерянность, и почувствовал, как горячая хватка ослабла - все замерло в тот момент, когда они смотрели друг другу в глаза. Слабая нить непонятных чувств промелькнула и тут же оборвалась, как только раздался толчок под землей.
Вспыхнули вековые залежи торфа на болоте леса. Теперь огонь распространялся еще и под землей, пожирая корни и землю. Душа изогнулась от боли, и Мик столкнул фигуру, поднимаясь и надеясь убежать. Не успел он сделать и пары шагов, как ногу пронзила острая боль - мужчина опустил взгляд и увидел обвивший голень корень дерева, его кончик пронзил плоть и крепко вцепился в ногу, не желая отпускать. Мик сцепил зубы и достал нож, затем принялся упорно резать. То ли из-за боли или недостатка сил, но корень ослаб сам, отцепившись от красной плоти.
Душа задыхалась от дыма, ее тело почти полностью покраснело и стало напоминать по цвету кожу человека, что неровно легла на мышцы. Она приняла еще одну отчаянную попытку погони, но чувствовала, что долго не протянет - деревья горели, животные умирали; грибы и цветы, птицы, насекомые - все рушилось и погибало вместе с Душой. Она кое-как поднялась и смотрела в спину человека, что упорно хромал к опушке леса.
Обернись, чтобы в последний раз увидеть твои глаза. Пожалуйста, прежде чем забыть - только твои небесные глаза.
Не оборачивайся, не смей, чтобы не видеть твои предательские глаза, что погубили меня.
Не оборачивайся, смелый человек.
Когда Мик подошел к опушке, то глубоко вдохнул свежий воздух. Мужчина прошел пару метров и устало завалился на траву. Он обернулся посмотреть на горящий лес и, вздрогнув, замер.
На самой границе стоял силуэт. Как и много лет назад при первом знакомстве, они стояли друг напротив друга на опушке и смотрели. Мик дрожащими зрачками следил, как сильно краснеет Лес. Все тело сияло, как бледная кожа; подобие волос, ярко-рыжее, горело и развевалось как огонек спички на ветру. Одни только глаза остались глубоко зелеными. Они слишком сильно выделялись на фоне горящего ада из деревьев, среди которых было так много мертвецов.
Мик упрямо смотрел в ответ, ощущая, как бешено бьется сердце, наполненное противоречивыми чувствами. Эти зеленые глаза, казалось, смотрели прямо в душу. В них было смешано так много чувств, что человеческое сознание не могло этого понять.
Я проклинаю тебя, человек по имени Мик.
Я проклинаю тебя и всю твою семью, весь твой род. Я жестоко убью каждого, кто отныне пройдет среди моих деревьев. Я отведу их всех к болотам, к берлогам, отдам животным на растерзание, а твоим потомкам я буду выворачивать ребра, дробить кости корнями и насаживать на рога лосей. Я выколю их глаза и заставлю слепыми ходить по тропам среди деревьев, чтобы больше не было таких, как ты, кто найдет дорогу обратно.
Мик, казалось, слышал все, что крылось в зелени глаз - теперь перед ним стоял наполненный болью и обидой силуэт с рыжими волосами и изумрудными глазами, что источали лишь одно желание.
Огонь еще пожирал лес, когда Мик направился обратно. Он не оборачивался. Чувствовал, что лучше не оборачиваться, что теперь позади не просто рысь, которая играет в догонялки до опушки. Будто что-то просило его не оборачиваться.
С тяжелым сердцем он двинулся домой, осторожно потирая шею, где позже на всю жизнь остались отпечатки в виде небольших ладоней.
Конец эпизода
