Ты только жди меня, ладно?

В землянке было темно, только крохотная, тусклая лампочка на керосине коптила в углу. Здесь пахло железом, потом, гарью, чуть-чуть хлебом, которого теперь катастрофически не хватало. Лейтенант Игорь Гром, самый молодой из лейтенантов, писал письмо, склонившись над кусочком бумаги, вырванным из солдатской записной книжки. Холод пробирал до костей, и даже тёплая фуфайка не спасала. Пальцы еле гнулись, чернила густели прямо на кончике самодельной ручки. Фаланги были уже синие от холода. Бумага дрожала в руках, и казалось, не от мороза, а от того, что внутри всё скрипит. Слишком много тишины. Она всегда предвещала что-то плохое...